«Мы не можем молчать»: беседа с Еленой Морозовой о проблемах домашнего насилия в условиях пандемии

Пандемия COVID-19, охватившая мир в начале 2020 года, повлекла за собой не только глобальный кризис здравоохранения и экономики, но и обострила множество скрытых социальных проблем. Одной из наиболее тревожных стала эскалация домашнего насилия, о чем свидетельствуют данные по всему миру. В условиях карантина и самоизоляции, когда жертвы оказались заперты в одном пространстве с агрессорами, возможность получить помощь или даже просто сообщить о проблеме стала крайне затруднительной. Елена Морозова, директор кризисного центра «Надежда», который уже более десяти лет занимается поддержкой жертв домашнего насилия, поделилась своим опытом и наблюдениями о том, как пандемия изменила их работу и обнажила системные недостатки в борьбе с этим явлением.

«Мы сразу почувствовали увеличение числа обращений, как только начались первые ограничения», — вспоминает Морозова, сидя в своем скромном кабинете, заставленном папками и стопками документов. — «Сначала это был шок. Люди не знали, куда бежать, как спастись. Звонки поступали круглосуточно, часто от женщин, которые впервые в жизни столкнулись с такой ситуацией, или от тех, чья и без того сложная ситуация стала просто невыносимой». Она отмечает, что изоляция создала идеальную среду для агрессоров, которые получили полный контроль над своими жертвами, лишенными привычных путей отступления – работы, встреч с друзьями, даже просто выхода в магазин.

По словам Морозовой, одной из главных проблем стало ограничение мобильности. «Наши подопечные часто зависят от общественного транспорта, чтобы добраться до убежища или юридической консультации. В условиях локдауна это стало практически невозможно», — объясняет она. — «Кроме того, многие жертвы потеряли работу, что еще больше усилило их экономическую зависимость от агрессора. Когда у женщины нет собственных средств, нет куда пойти, а мир вокруг закрыт, страх становится всепоглощающим». Центр «Надежда» был вынужден быстро адаптироваться, переходя на онлайн-консультации и организуя доставку продуктов и предметов первой необходимости для тех, кто не мог покинуть дом.

Морозова подчеркивает, что пандемия также выявила критическую нехватку ресурсов и государственной поддержки. «Мы, как некоммерческая организация, всегда работали на пределе возможностей, но в пандемию ситуация стала катастрофической», — говорит она. — «Количество звонков увеличилось на 30-40% по сравнению с допандемийным периодом, но финансирование осталось прежним, а иногда даже сокращалось из-за перераспределения средств на борьбу с COVID-19. Это парадоксально: проблема обостряется, а помощь становится менее доступной». Она выражает сожаление, что государственные программы по предотвращению домашнего насилия остаются фрагментарными и часто недофинансированными.

Особое внимание Морозова уделяет проблеме детей, которые становятся свидетелями или непосредственными жертвами домашнего насилия. «Дети — самые уязвимые в этой ситуации. Они видят, как их родители страдают, сами испытывают страх и беспомощность», — с горечью отмечает она. — «Психологические травмы, полученные в детстве, остаются на всю жизнь. Мы видим, как растет число обращений, где агрессия направлена не только на партнера, но и на детей. Это требует немедленного вмешательства и комплексной поддержки, включая долгосрочную психологическую реабилитацию». Центр «Надежда» разработал специальные программы для детей, включающие арт-терапию и индивидуальные консультации.

На вопрос о том, что можно сделать для улучшения ситуации, Морозова отвечает без колебаний: «Во-первых, необходимо признать домашнее насилие серьезной проблемой на государственном уровне и принять эффективные законы, которые защищали бы жертв, а не агрессоров. Во-вторых, нужно значительно увеличить финансирование кризисных центров и программ поддержки, как государственных, так и негосударственных. И, конечно, крайне важна информационная работа: мы должны говорить об этом громко, не стесняясь, чтобы жертвы знали, что они не одни и что есть куда обратиться за помощью». Она убеждена, что молчание и табуированность этой темы только усугубляют проблему.

В завершение нашей беседы Елена Морозова подчеркивает важность каждого шага, каждого звонка, каждой спасенной жизни. «Мы не можем молчать», — ее голос становится твердым. — «Каждый из нас может внести свой вклад: будь то распространение информации, пожертвование или просто поддержка тех, кто оказался в беде. Домашнее насилие — это не личное дело семьи, это проблема всего общества, и только сообща мы сможем ее преодолеть». Эти слова звучат как призыв к действию, напоминающий о том, что даже в самые темные времена надежда остается, если есть те, кто готов бороться за нее.